Тучи над Борском
Тучи над Борском | |
---|---|
| |
Жанр | драма |
Режиссёр | Василий Ордынский |
Авторы сценария |
Семён Лунгин Илья Нусинов |
В главных ролях |
Инна Гулая Роман Хомятов Владимир Ивашов Наталья Антонова |
Оператор | Игорь Слабневич |
Композитор | Алексей Муравлёв |
Кинокомпании | «Мосфильм», Третье творческое объединение |
Длительность | 80 мин. |
Страна |
|
Язык | русский |
Год | 1960 |
IMDb | ID 0054411 |
«Тучи над Борском» — советский художественный фильм на антирелигиозную тему режиссёра Василия Ордынского, снятый в 1960 году и ставший одним из инструментов хрущёвской антирелигиозной кампании.
В фильме снимались сразу нескольких известных впоследствии киноактёров: Никита Михалков, Владимир Ивашов, Инна Чурикова, Инна Гулая, Роман Хомятов. Съёмки проходили в городе Бор Горьковской области, а также в Касимове Рязанской области, хотя по сюжету действие происходит где-то под Курском.
Сюжет
[править | править код]Борск — провинциальный посёлок городского типа. Сюда, после блестящего окончания педагогического института, прибывает по распределению учительница физики — Кира Сергеевна: девушка примерно 22—23 лет, с городскими манерами и современными взглядами на жизнь. В девятом классе, руководство которым сразу поручает ей директор школы, учатся «дети войны» — уже самостоятельные, но ещё духовно не созревшие девушки и юноши, стихийно ищущие способы для личного самоутверждения и общения вне школы.
Оля Рыжкова, главная героиня фильма, воспитывается овдовевшим отцом: ответственным, но из-за вдовства «живущим на работе» и потому далёким от забот взрослеющей дочери, начальником местного леспромхоза. Чтобы убежать от домашнего одиночества и отчасти самоутвердиться (над ней издеваются в классе), как член ВЛКСМ, Оля занимается общественной деятельностью — она вожатая пионеров, легко находящая общий язык с подростками, из-за чего ей поручают подготовку театрализованного «антирелигиозного вечера». Но трагедия Ольги в том, что внешнее, официально-формальное общение её не удовлетворяет: она ищет у окружающих сочувствия и личного, обусловленного внутренними мотивами, общения без принуждения, в котором она могла бы самоутвердиться по-настоящему. Новое лицо посёлка и школы — Кира Сергеевна, поначалу становится для Оли Рыжковой не столько учительницей, сколько подругой: из-за чего Кира Сергеевна вскоре оказывается в двусмысленном, для своей школьно-чиновной репутации, положении. Кира Сергеевна, поэтому, отдаляет от себя Олю, оставив с ней только деловые отношения. Разочарованная Оля остро переживает разрыв, казавшейся ей вполне возможной, дружбы с учительницей, отрешается от школы и своих школьных дел. Отчаявшись найти сочувствие у «взрослых», она даже предлагает себя в качестве покорной и безропотной жены (признаётся в любви) своему однокласснику Мите Саенко — довольно высокомерному и замкнутому юноше, причём их разговор случайно подслушивает директор школы — Сергей Капитонович.
Митя Саенко — круглый сирота, живущий у тётки, работающей в «Госстрахе», держится в стороне от школьных дел, не имеет друзей среди одноклассников и откровенно высмеивает их попытки «антирелигиозной пропаганды». На следующий день директор школы (типичный чиновник от советского образования, имеющий о педагогике и возрастной психологии весьма смутное представление), на уроке черчения осуждает Рыжкову за аморальное поведение — потерю «девичьей чести», предварительно заручившись поддержкой Киры Сергеевны. Косвенно достаётся и Саенко, но тот оказывается подготовленным к такого рода «товарищеским судам» и даёт отпор, чем вызывает у Оли восторг и полное доверие к себе. Пользуясь своим положением, Митя начинает проповедовать Ольге «слово божие», знакомит её со своей тёткой: выясняется, что они оба — участники местной религиозной секты пятидесятников[1], в которую, они, в итоге, приводят Олю, к тому времени готовую бросить школу, и полностью отдалившуюся от отца. Когда же, до её ни о чём не подозревающего отца, доходят сведения из школы о том, как резко и без видимых причин, изменилось поведение дочери, он, как умеет, пытается её «вразумить». Но в ответ на наставления Оля бросает отцу на стол свой комсомольский билет, чем вызывает у него сердечный приступ: пока он находится в больнице, в его квартиру подселяются и хозяйничают сектанты.
Обстановка в секте резко отличается от обыденной жизни посёлка: общинники живо откликаются на беды и заботы друг друга, часто собираются на общие молитвы, выступают против «безбожников», как единое целое. Оля, среди них, быстро начинает чувствовать себя частью этого целого: в её воображении, давнее желание самоутверждения связывается только с общинной жизнью. Вдобавок, Митя Саенко оказывается рассудительнее, серьёзнее, «взрослее», убеждённее в своей нравственной правоте, чем другие одноклассники. Например, Генка Бочарников, верхом атеистической пропаганды для которого становится шутовская выходка на собрании верующих. Наблюдая и переживая внешнее различие советских и общинных форм и способов жизни, Оля стихийно решает, насколько возможно, «уйти от мира» — и бросает школу. После этого шага руководители секты решают, что девушка готова для крещения Святым Духом. Во время «радения» Оля выкрикивает нечленораздельные звуки и входит в общий экстаз на глазах у Мити. Убедившийся на её примере в своей способности истинного проповедника, Саенко решает открыто исповедовать и проповедовать свою веру, в то время, как его тётка решает использовать Олю в качестве юродивой.
Тем временем, учительница Кира Сергеевна не сидит сложа руки: она выясняет, что хозяин дома, где для неё РайОНО (районный отдел народного образования) снял комнату, является настоятелем общины сектантов, причём много лет обманывающим также состоящего в общине отца Гены Бочарникова, насчёт судьбы якобы пропавшего без вести в войну сына, пытается воздействовать на Ольгу и поставить под сомнение нравственные убеждения Мити Саенко, ограничить участие в событиях директора школы с его «сталинскими методами» идейно-воспитательной работы. Собрав доказательства существования в Борске религиозной секты, она публикует в газете «Борский рабочий» статью: «Внимание: сектанты! Ползущие из мрака». После чего в Доме культуры устраивается открытая дискуссия, куда приглашают самих верующих. Сектанты со своей стороны решают прибегнуть к «святому обману» (reservatio mentalis) — отказаться от своей веры и общины на дискуссии. Однако Дмитрий Саенко не поддерживает их и выступает в Доме культуры, решив таким образом начать проповедование «безбожникам». Выступившая на дискуссии Кира Сергеевна уличает руководителей секты в лицемерии, рассказав о подлинной истории «чудесного обретения» Гены Бочарникова. Тем временем секта решает распять находящуюся в молельном доме Олю во искупление её греха гордыни. Правда, благодаря бдительному Гене Бочарникову, горожане успевают спасти девушку.
Оценка фильма
[править | править код]«Тучи над Борском» можно назвать «культовой» антирелигиозной картиной. Однако среди кинокритиков он вызвал неоднозначную реакцию сразу после премьеры. Так, журнал «Советский экран» в 1961 г. опубликовал отзыв критика Н. Кладо: «Обличительный пафос „Туч над Борском“ сосредоточен на изображении изуверских молений и их высшей точки — принесении юной героини в жертву. Конечно, сектанты могут и убить. Но это — крайность. А вред их именно в том, что они лишают человека всех радостей жизни — труда, творчества, культуры. И здесь, мне кажется, авторы фильма „Тучи над Борском“ допустили ошибку, показывая, будто радости — действительно у сектантов, а беды — в „светском миру“»[2].
Как отметил кинокритик Александр Фёдоров, основной удар хрущёвской волны антирелигиозных игровых фильмов (1959—1963) был направлен не столько на католическую и греко-католическую (униатскую) церковь («Иванна» В. Ивченко), сколько на борьбу с протестантскими конфессиями («Тучи над Борском», «Армагеддон», «Грешница», «Люблю тебя, жизнь!», «Конец света», «Цветок на камне» и др.)[3]. Авторы фильма «Тучи над Борском» намеренно изобразили верующих искажённо и оглуплённо, что способствовало нагнетанию в СССР массовой истерии, давшей политическое основание для преследования религиозных общин государством[4]. Гиперболизируя внешние, часто случайные или выдуманные, проявления бытовой религиозности, авторы фильма оставляют без определённого художественного изображения как сами причины возникновения потребности в религии, так и положительное разрешение тех условий советской действительности, которые прямо или косвенно порождают такую потребность у советских людей, даже вопреки антирелигиозной пропаганде[4].
Современный историк русского протестантизма Т. К. Никольская отмечает, что в советской антирелигиозной пропаганде негативный образ «сектанта» со временем приобрёл «пятидесятнические» черты. Так, в фильме «Тучи над Борском» фигурируют некие «сектанты», хотя по многим признакам очевидно, что это пятидесятники (в киноповести С. Лунгина и И. Нусинова название конфессии присутствует). Вместе с тем, «Благодаря высокому профессиональному уровню, яркой игре молодых актёров, фильм до сих пор производит сильное впечатление и на зрителей-атеистов, и на верующих. Для последних картина особо интересна тем, что здесь критике подвергаются не столько христианские догматы, общие для большинства конфессий, сколько наиболее спорные духовные практики (глоссолалия, пророчество)»[5].
В ролях
[править | править код]- Инна Гулая — Оля Рыжкова
- Роман Хомятов — Митя Саенко, друг Оли, сектант
- Владимир Ивашов — Генка Бочарников, одноклассник Оли
- Наталья Антонова — Кира Сергеевна, учительница
- Виктор Рождественский — Сергей Капитонович Боярцев, директор школы
- Пётр Константинов — отец Ольги
- Пётр Любешкин — Бочарников, отец Генки
- Валентина Беляева — тётка Мити, начальствующая у сектантов
- Евгений Тетерин — Артемий Николаевич, сектант
- Анна Троицкая — Меланья, сектантка
- Игорь Охлупин — Герман, комсорг
- Геннадий Крашенинников — Обишкин, одноклассник Оли
- Инна Чурикова — Райка, одноклассница Оли
- Пётр Кононыхин — председатель собрания
- Никита Михалков — пионер Петя, «отец Никон» в антирелигиозной сценке школьников
…уже первая роль — сектантки в картине Ордынского «Тучи над Борском» очень болезненно ударила по её (Гулой) психике (сами обстоятельства, предлагаемые ролью, оказались очень вредны для неё), на что вовремя никто не обратил внимания.
— Александр Нилин. Станция Переделкино: поверх заборов : роман частной жизни. Москва: АСТ: Редакция Елены Шубиной, 2015. ISBN 978-5-17-087072-1
Примечания
[править | править код]- ↑ В фильме члены общины называются просто «сектантами» без уточнения конкретной деноминационной принадлежности.
- ↑ Никольская Т.К. Русский протестантизм и государственная власть в 1905-1991 годах.. — СПб.: Изд-во Европейского университета в Санкт-Петербурге, 2009. — С. С.177.
- ↑ Александр Фёдоров — Анализ советских антирелигиозных фильмов . Дата обращения: 16 января 2018. Архивировано 21 февраля 2018 года.
- ↑ 1 2 Никольская Т. К. «Русский протестантизм и государственная власть в 1905—1991 годах». — СПб.: Издательство Европейского университета, 2009. ISBN 978-5-94380-081-8 С.176-177
- ↑ Никольская Т.К. Пророчества в пятидесятнических общинах советской эпохи: мнения и интерпретации // ALITER : Научно-теоретический журнал Ассоциации исследователей эзотеризма и мистицизма. — 2019. — № № 12. — С. 92—93.
Литература
[править | править код]- Фолиева Т. А. «А в общем картина такая, что лучше бы ее не было»: к юбилею антирелигиозной кинокартины «Тучи над Борском» // Вестник ПСТГУ. Серия I: Богословие. Философия. Религиоведение. 2021. — Вып. 94. — С. 39-53.
См. также
[править | править код]Ссылки
[править | править код]- «Тучи над Борском» (англ.) на сайте Internet Movie Database